Тиритака

ТИРИТА́КА (др.-греч. Τυριτάκη) (VI в. до н. э. — VI в. н. э.) — один из малых городов Боспорского царства, расположен в южной части современного города Керчь, Республика Крым, Российская Федерация. 

Название

Название города упоминается Псевдо-Аррианом (AnPPE. 76), Птолемеем (III, 6, 3) и Стефаном Византийским (St. Byz. T. 229).

Локализация и топография

Территория, занимаемая городищем Тиритака (Ил. 1), имеет форму неправильного четырехугольника (площадью около 10 га), острым углом обращенного к югу, и находится на довольно высокой, обрывистой со стороны моря прибрежной террасе, плавно понижающейся к югу и юго-западу (Ил. 2). С южной и юго-западной низменных сторон она ограничена речкой, впадавшей в древности в морской залив, а с запада и севера была отрезана от остальной прибрежной террасы оврагами. Изначально древний город был основан в глубине одной из лучших бухт европейского побережья Боспора Киммерийского (Керченского пролива). Однако за прошедшие тысячелетия приморская часть претерпела большие изменения. В последние два десятилетия проводилось изучение геоморфологии в ближайших окрестностях Тиритаки. В ходе исследования при помощи многопроцессорного кластера и рабочих станций были сделаны профильные разрезы. На основании полученной информации, а также с учетом данных геологических бурений построена модель реконструкции древней дневной поверхности припортовой территории города Тиритака (Ил. 3). Произошедшие за последующие тысячелетия изменения береговой линии — под влиянием колебаний относительного уровня моря, размыва берегов, выдвижения речных устьев, интенсивного антропогенного преобразования приморских территорий — привели к тому, что античные поселения оказались либо размыты, либо в настоящее время находятся на значительном удалении от современной береговой линии, а их приморские районы либо располагаются в полосе прибрежного мелководья, либо перекрыты мощным покровом более поздних отложений [Поротов, Зинько В. 2013; Зинько В., Зинько А. 2017].

История открытия и изучения

В 1931 г. на южной окраине села Камыш-Бурун развернулось строительство железорудного комбината, и в зону застройки попало древнее городище, на территории которого разместился рабочий поселок, а западный участок городища был отведен под выемку грунта для отсыпки полотна железной дороги. В результате на отдельных участках культурные напластования были уничтожены на глубину от 0,5 до 2,2 м. В 1931 г. сотрудники Керченского историко-археологического музея (КИАМ) организовали наблюдение за земляными работами, а с 1932 г. приступили к систематическим раскопкам городища Тиритака и его некрополя. 

В течение первых трех полевых сезонов экспедицией КИАМ, под руководством Ю. Ю. Марти, исследовался юго-западный участок городища (раскопы I–II) [Марти 1941: 11–24]. В 1933 г. общее руководство раскопками на Тиритаке, а затем и Керченской археологической экспедицией ИИМК АН СССР принял Л. М. Славин [Книпович, Славин 1941]. В западной части городища им были заложены два новых раскопа — V и VI, работы на которых велись до 1936 г.

С 1935 г. Керченскую археологическую экспедицию ИИМК АН СССР возглавил В. Ф. Гайдукевич, который продолжил исследования на ранее начатых раскопах, а также заложил новые в периферийных районах городища [Гайдукевич 1940]. В юго-восточной части нижнего города был разбит раскоп X площадью 220 кв. м, который в 1936 г. был расширен в западную сторону. В 1936–1938 гг. рядом, на раскопе XIII, был исследован значительный участок города, но здесь не обнаружили строительных остатков более ранних, чем первых веков н. э. В 1937 г. В. Ф. Гайдукевичем в западной части верхнего города был заложен раскоп XIV, который в последующие годы стал одним из основных (в 1940 г. исследованная на нем площадь составила 1 187,5 кв. м) [Гайдукевич 1952]. В 1939–1940 гг. и 1946–1947 гг. проводились раскопки на участке XV, примыкающем с северо-востока к раскопам V–VI. В 1946–1952 гг. работы под руководством В. Ф. Гайдукевича продолжились на исследованных ранее раскопах V–VI, XIV, XV и на новых участках XVI–XXI, разбитых в северной, западной и восточной частях городища [Гайдукевич 1958a].

В 1974 г. исследования на городище проводил сотрудник КИАМ Д. С. Кирилин. Раскопки велись в северо-западном углу городища (раскопы XXII и XXIII), на участке площадью 1 000 кв. м [Кирилин и др. 1975]. В 1983–1985 гг. раскопки на городище вела экспедиция КИАМ под руководством О. Д. Чевелёва. В западной части Тиритаки им был разбит раскоп XXIV, а в восточной — раскоп XXV [Чевелёв 1984; 1985].

В 2002 г. Боспорская охранно-археологическая экспедиция под руководством В. Н. Зинько начала комплексную программу «Боспорский город Тиритака». В 2002–2010 гг. раскопки велись в центральной части верхнего плато городища на новом участке (раскоп XXVI), расположенном в 25 м к востоку от раскопа XXIV. Исследованная площадь составила 1 025 кв. м; здесь были открыты разнообразные археологические комплексы, датируемые с VI в. до н. э. до X в. [Зинько В., Пономарев 2009; Зинько В. 2014; Зинько В. и др. 2020]. В 2008–2013 гг. совместно с Национальным музеем в Варшаве исследования проводились на западной окраине (раскоп XXVII). В 2008 г. работы были начаты и в районе северной оборонительной стены. Здесь, к западу от старого раскопа XXI В. Ф. Гайдукевича, был заложен новый раскоп XXVIII, а в 2012 г. к восточному борту раскопа XXI был прирезан раскоп XXIX, занявший весь северо-восточный угол городища. В 2014–2019 гг. исследования велись у северной и западной крепостных стен. С 2021 г. раскопки проводятся в западной части городища (на раскопе XXVII).

Стратиграфия, хронология, строительные комплексы

На основании исследований последних лет Тиритака предстает как значительный городской центр Европейского Боспора, основанный не позднее 565–560 гг. до н. э. На I этапе застройки, который датируется второй третью VI в. до н. э., возводились небольшие углубленные непритязательные однокамерные постройки (Ил. 4), вероятно временные. Для II этапа (последняя треть VI — первая четверть V в. до н. э.) (Ил. 5) характерны уже сырцово-каменные дома (Ил. 6) площадью 170–180 кв. м. В это время закладываются основные градостроительные оси города. После какого-то военного нападения и пожара в конце VI в. до н. э. город был укреплен крепостными стенами. Древнейшая крепостная стена Тиритаки на западном участке имеет толщину 1,7–2 м [Гайдукевич 1952: 88]. Исследование западной крепостной стены позволило не только установить точную дату ее появления (последние два десятилетия VI в. до н. э. [Зинько В. 2015]), но и впервые открыть архаические постройки, перекрытые этой стеной (они пострадали от пожара, и над ними была построена крепостная стена) (Ил. 7). Пожар и разрушения в Тиритаке на рубеже последних двух десятилетий VI в. до н. э., вероятно, связаны с военными действиями на побережье Боспора Киммерийского, вызванными морскими экспедициями персов к северному берегу Понта [Зинько В. 2013: 198–199].

Возле западной крепостной стены располагался священный участок, ограниченный с севера постройкой с тремя помещениями, где были найдены различные культовые предметы, включая терракоты Деметры и Коры [Гайдукевич 1952: 86–87]. С юга этот участок ограничен другой постройкой, в одном из помещений которой обнаружена самая ранняя на Боспоре косторезная мастерская. Судя по находкам, здесь работал мастер высокой квалификации, использовавший при изготовлении костяных изделий токарный станок [Зинько В. 2018].

Располагавшийся между описанными выше постройками участок площадью более 300 кв. м был предназначен для совершения сакральных ритуалов, от которых сохранились места сожжений и комплексы различных ям-ботросов с чернолаковой посудой (Ил. 8), светильниками и жертвоприношениями коней [Зинько В., Зинько А. 2020]. Функционировал этот Западный теменос на протяжении длительного периода, с 540–530 гг. до н. э. по рубеж эр. И лишь в начале I в. н. э., когда происходит тотальная перестройка всей Тиритаки, здесь начинается возведение городских усадеб с производственными комплексами — винодельнями и рыбозасолочными цистернами.

В конце первой четверти V в. до н. э. город подвергся новому нападению. Судя по открытым строительным комплексам, город сильно пострадал, хотя нападение было отражено. Реконструкция дальнейшей жизни Тиритаки во второй половине V в. до н. э. осложнена ограниченным количеством археологического материала, который имеется в нашем распоряжении на сегодняшний день.

Постройки эллинистического периода были исследованы в основном в северной части города. Здесь на значительном протяжении открыты северные городские крепостные сооружения: куртины с боевой калиткой и три квадратные башни (Ил. 9). В северо-западной части находились северные ворота для въезда в город. Толщина оборонительных стен составляла более 1,8 м. Начало строительства северной крепостной стены Тиритаки, протяженность которой составляла около 200 м, на основании раскопок последних лет можно датировать временем не ранее конца IV — начала III в. до н. э. В одном из помещений, расположенном возле северной крепостной стены, раскопана небольшая винодельня III–II вв. до н. э., состоящая из давильной площадки и двух цистерн для сбора виноградного сусла (Ил. 10). Среди других находок можно отметить боспорские бронзовые монеты III–II вв. до н. э., фрагменты керамической посуды и амфор.

Во второй половине IV — начале III в. до н. э. в городе развернулось большое строительство: укрепляются крепостные стены, благоустраиваются городские улицы, строятся дома. Непосредственно вдоль южной крепостной стены (участок I) проходила улица, вымощенная большими прямоугольными плитами [Марти 1941: 18].

Представление о городских домах второй половины III — I вв. до н. э. дает небольшая постройка, прилегающая своей северо-западной стороной к улице с черепяной мостовой, которая была открыта в южной части Тиритаки (участок V–VI). Дом состоял из двух смежных помещений общей площадью около 40 кв. м. Стены толщиной 0,65–0,7 м построены из необработанных известняковых камней на глиняном растворе. Внутренняя стена, разделяющая дом, имела дверной проем, через который сообщались оба помещения. Одно помещение служило для жилья, а другое — для хранения припасов и хозяйственного инвентаря. С восточной стороны к дому примыкал небольшой хозяйственный двор, вымощенный каменными плитами. В восточной части двора выявлены три хозяйственные ямы, содержавшие находки керамики эллинистического времени. Одна из ям, четырехугольное устье которой образовано из вертикально поставленных каменных плит, служила зернохранилищем. Здесь же, на дворе у ям, найден бронзовый штамп, использовавшийся для изготовления золотых бляшек с изображением бюста Афродиты [Гайдукевич 1952: 43, сл.].

В I в. н. э. происходит перепланировка всей городской территории. Старые здания сносятся, и на их месте возводятся новые городские усадьбы с жилыми помещениями и большими комплексами по переработке рыбы и изготовлению вина.

В южной части города этого времени открыта улица шириною до 5 м, северо-восточнее которой был исследован район с рыбозасолочными ваннами. Эта часть городской территории располагалась на верхней террасе, поддерживаемой подпорной стеной. Улица имела каменную мостовую из больших плит и проходила с севера на юг. К западу от улицы раскопан жилой дом I в. н. э., состоящий из четырех помещений и двора с плитовой вымосткой [Книпович, Славин 1941: 47].

Еще одна городская усадьба — «Дом рыбака» — исследована в юго-западной части города. Она состояла из семи помещений и вымощенного крупными плитами двора в центре усадьбы, откуда был выход на улицу. Стекавшая с кровли дома вода выводилась за пределы двора на улицу. Вокруг дома были сгруппированы жилые и хозяйственные постройки, часть из которых имели второй этаж. Стены дома были сложены из грубо обработанных плит, и лишь в угловых частях здания и дверных проемах размещены хорошо оттесанные крупные плиты. Помещения получали свет через оконные проемы, обращенные во двор. На второй этаж вела лестница. В одной из стен помещения в культовой нише были замурованы кости поросенка, ягненка и севрюги, присыпанные морским песком и прикрытые черепками амфоры. В помещении сохранилось вытянутое окно, а под ним прямоугольный очаг из каменных плит. Помещения 3 и 4 были кладовыми. Самым большим было помещение 5, в которое со двора вел лестничный спуск из пяти ступеней. Вместе с комплексом посуды в доме зафиксирован клад из 227 боспорских монет с датировкой чеканки от 276 до 332 г. н. э., три серебряные сережки, перстень и другие вещи. Также обнаружено множество каменных рыболовных грузил и костяные иглы для плетения сетей, что прямо указывает на занятие владельца дома. Здание было построено в I в. н. э. и погибло во время нашествия гуннов во второй половине IV в. н. э. Затем в V в. н. э. на развалинах этого дома были возведены какие-то незначительные постройки [Гайдукевич 1952: 107–109].

В первой половине I в. н. э. перестраиваются и крепостные стены города, толщина которых теперь стала составлять более 2,8 м. Вся северная крепостная стена была облицована большими рустованными блоками для придания большей мощности (Ил. 11). Возможно, что кладка в руст имела и функциональное значение — смягчала удары стенобитных орудий. Также была облицована рустованными плитами и южная крепостная стена — не только для усиления, но и для того, чтобы придать городу парадный вид со стороны морской гавани. Вместе с облицовкой куртина I, возведенная в IV–III вв. до н. э., достигла в ширину 3,4 м и стала практически в два раза мощнее.

Культовые постройки

В западной части города, у крепостной стены, в 2018 г. была открыта небольшая постройка — святилище Диониса-Гарпократа, датированное II–I вв. до н. э. Оно было почти квадратной формы (внутренние размеры около 2×2 м) и пристроено к северной стене двора. Внутри святилище было заполнено развалом сырцовых стен; при расчистке был выявлен археологический материал, представленный в основном фрагментами амфор II — конца I в. до н. э. У северной стены помещения был найден небольшой известняковый алтарь квадратной формы высотой 30 см. Особо следует отметить находку цилиндрического вотивного предмета (высотой 12,4 см) из фрагмента левой большой берцовой кости быка, с прекрасно вырезанной многофигурной композицией — обнаженный бог Гарпократ со спутниками-патеками (Ил. 12). Это уникальная находка, аналогов которой нет за всю более чем 200-летную историю раскопок на Боспоре. Весьма вероятно, что именно в этом святилище, около западной городской куртины, находилась мраморная статуэтка Диониса, найденная В. Ф. Гайдукевичем в 1937 г. в нескольких метрах к западу от исследованной культовой постройки [Зинько В., Зинько А. 2020].

Также были открыты и изучены святилища первых веков н. э. у северной крепостной стены и в центральной части города. В 2010 г. у северной крепостной стены, в раскопе XXVIII, проводилось исследование помещения I, в котором был найден алтарь в виде небольшого каменного ящика, сложенного из грубо обработанных известняковых плиток, справа от него вертикально стояло каменное антропоморфное изваяние. При расчистке алтаря были обнаружены два золотых боспорских статера: Евпатора, 166 г. н. э., и Савромата II, 179 г. н. э. В помещении, помимо прочего, найдены части керамической маски Диониса и два фрагмента большого мраморного плоского блюда. Есть все основания полагать, что здесь располагался сакральный комплекс, связанный с почитанием Диониса и принадлежащий к категории так называемых частных святилищ.

Своеобразной градостроительной доминантой в центральной части Тиритаки в первые века н. э. являлось большое культовое здание — СК 1 (Ил. 13). Неоднократные перестройки уничтожили большую часть культовых предметов из святилища, поэтому сложно утверждать, каких божеств в нем почитали. Тем не менее связанные с этим святилищем отдельные культовые находки, прежде всего мелкие вотивные подношения, все же уцелели. К их числу можно отнести семь фрагментов терракотовых статуэток и один обломок терракотовой маски Диониса, компактно обнаруженные к востоку от святилища в слое, перекрывшем постройки I–III вв. н. э. Судя по находкам, первоначально в святилище могли поклоняться синкретическим хтоническим божествам. Святилище запустело во второй половине V в., когда Боспорское царство официально приняло христианство.

Производства и ремесла

В позднеэллинистический период Тиритака стала центром производства соленой рыбы и — в какой-то степени — вина. Эта специализация городского хозяйства возникла тогда, когда боспорские города вошли в состав Понтийского царства и Боспор Киммерийский поставлял Митридату VI Евпатору значительную часть необходимого для войск продовольствия. Эта тенденция сохранилась и в первые века н. э. при боспорских царях из династии Тибериев-Юлиев, которые проводили политику по укреплению границ Боспорского царства. 

В восточной части Тиритаки на расстоянии 60 м одна от другой открыты две винодельни (Т3 и Т7) II–III вв. н. э. Винодельня Т3, как и прочие подобные сооружения на Боспоре, представляла собой четырехугольное здание с перекрытиями и черепичной кровлей [Гайдукевич 1958b: 416–421]. По сохранившимся в северо-западной части давильным площадкам была установлена ширина помещения винодельни — 5,5 м, вероятная его длина — около 10 м. Главное место в винодельне занимают три расположенные рядом давильные площадки, к которым примыкают три цистерны-резервуара. Общая емкость всех трех цистерн равна почти 6 000 л. В юго-восточной части помещения на расстоянии 1,8 м от резервуаров, прямо напротив средней давильной площадки, найдена каменная гиря от рычажно-винтового пресса.

Рядом располагалась еще одна винодельня — Т7, интересная для изучения боспорских виноделен первых веков н. э. От ее стен мало что сохранилось [Гайдукевич 1958b: 422–432], однако их остатки все же позволяют установить, что винодельня представляла собой закрытое здание, огражденное каменными стенами, возведенными на довольно прочных фундаментах. Здание имело четырехугольную удлиненную форму. Ширина помещения винодельни — 5,67 м, длина — около 10 м. Давильных площадок было три. В центре располагалась небольших размеров площадка длиной 2 м и шириной около 1,7 м. К давильным площадкам были пристроены три цистерны. В юго-восточной части винодельни на земляном полу обнаружена полностью сохранившаяся каменная гиря рычажно-винтового пресса, действовавшего на центральной площадке. Здесь обнаружены обломки боспорских крупных амфор III–IV вв. н. э., а также фрагменты черепицы с кровли винодельни. Краснолаковая керамика представлена обломками глубоких мисок, которые можно датировать III–IV вв. н. э. Судя по археологическому материалу винодельня Т7 действовала в III–IV вв. н. э.

Одной из главных отраслей хозяйства Тиритаки в первые века н. э. были рыболовство и переработка рыбы; город являлся одним из крупнейших центров Боспорского царства в этой сфере. При исследовании культурных слоев того времени постоянно встречаются каменные грузила для рыболовецких сетей, костяные иглы для плетения сетей, а также большое количество каменных якорей для рыбацких лодок. Но особенно ярко о размахе рыбного производства свидетельствуют рыбозасолочные ванны, обнаруженные во всех районах города. Всего при раскопках в разных частях города с 1932 г. было открыто 16 комплексов рыбозасолочных цистерн (Ил. 14), в которых единовременно могли засаливать несколько тысяч тонн рыбы [Зинько А. 2023: 187]. Раскопанный в 1932 г. у южной крепостной стены комплекс (КРЦ 1) представлял собой 16 рыбозасолочных цистерн, сгруппированных по четыре цистерны в ряд. Средняя емкость одной цистерны была немногим более 13 куб. м, а вместимость всех цистерн превышала 210 куб. м. Единовременно в этих ваннах можно было засолить, по подсчетам Ю. Ю. Марти, 1 600 центнеров рыбы, а вся годовая продукция посолочного пункта определялась в 12 800 центнеров. Эта цифра говорит о значительной мощности этого производственного комплекса с обслуживающим персоналом не менее 12–15 человек. При расчистке цистерн на дне были обнаружены слежавшиеся слои мелких рыбьих костей и чешуи, принадлежавших керченской сельди (Caspialosa). Находки из заполнения цистерн представлены фрагментами керамики, терракот и стекла I–II вв. Вещей III в. найдено значительно меньше. Все эти данные позволяют предположить, что комплекс был основан в I в. и функционировал до III в., что подтверждается находкой монеты боспорского царя Фарсанза 253 г. н. э. [Марти 1941: 20–23].

Рыбозасолочное хозяйство первых веков н. э. было обнаружено на восточной окраине города на участке X [Гайдукевич 1952: 48–49]. Оно состоит из шести цистерн, мощеного двора и хозяйственных построек. Цистерны расположены попарно в три ряда с юго-востока на северо-запад. В плане каждая цистерна имеет почти квадратную форму (1,7×1,8 м). Сохранившаяся глубина цистерн составляет 1,8 м. Над цистернами был навес с черепичным покрытием. С северо-западной стороны к цистернам примыкает каменный ящик, сложенный из известняковых плит, с каменным полом внутри. В ящике было много морского песка. Очевидно, это сооружение имело отношение к рыбозасолочным цистернам и служило для хранения запасов соли. Время сооружения ванн — II в. На основании керамических находок из заполнения цистерн можно предположить, что рыбозасолочный комплекс был разрушен в конце III в. 

В центральной части Тиритаки на раскопе XXVI, к западу от I-й керамической улицы, исследован в 2002–2005 гг. большой жилищно-хозяйственный комплекс (ЖХК-1) площадью около 300 кв. м, состоящий из нескольких помещений, двух комплексов цистерн и хозяйственного двора (Ил. 15, 13) [Зинько А. 2006; Зинько А.2015]. В восточной части двора усадьбы находился рыбозасолочный комплекс, состоявший из трех больших и глубоких цистерн (Ил. 16). Судя по керамике из заполнения, две цистерны перестали функционировать во второй половине III в. н. э., а одна использовалась еще и в IV в. н. э. 

К началу IV в. в Тиритаке перестали действовать 43 из 65 функционировавших ранее цистерн. Это должно было уменьшить почти втрое годовое производство соленой рыбы в городе. В течение IV в. перестают использоваться еще 12 цистерн, а в V в. функционирует лишь три комплекса из 11 цистерн, объем которых был немногим более 100 куб. м. Тем самым, если судить по раскопанным рыбозасолочным цистернам, за двести лет их вместимость уменьшается как минимум в пять раз. В конце V — VI вв. объемы рыбозасолочного производства падают еще сильнее и для Тиритаки известны лишь считанные единицы цистерн, датируемых этим временем [Зинько А. 2015: 375].

Историческое значение и современное состояние

Тиритака на протяжении всей своей истории служила важным населенным пунктом, портовым городом, контролировавшим западное побережье Керченского пролива.

Интенсивная перестройка Тиритаки в первые века н. э. была связана с ее переформатированием в большую хозяйственную базу по производству рыбной продукции и вина, которые, помимо прочего, поставлялись римским легионам, расквартированным в припонтийском регионе.

В настоящее время территория городища является объектом культурного наследия федерального значения, музеефицирована и включена в структуру Восточно-Крымского историко-археологического музея-заповедника (Керчь). Археологические коллекции из раскопок Тиритаки в основном хранятся в фондах Восточно-Крымского историко-археологического музея-заповедника.