Нимфей

НИМФЕЙ (др.-греч. Νυμφαι̃ον — святилище нимф) (VI в. до н. э. — III в. н. э.) — один из т. н. малых городов Боспорского царства, расположен в южной части современного города Керчь (микрорайон Эльтиген, поселок Героевское), Республика Крым, Российская Федерация.

Название и письменные источники

«Нимфей — храм нимф, местность города при Понте...» (Aeschin. III, 171).

Письменных источников об истории Нимфея немного. Все они были известны и проанализированы уже к концу ХIX в. Так, В. В. Шкорпил в статье «Нимфея и первый “список Нимфейских граждан”» уже собрал все имеющие сведения об упоминании города [Шкорпил 1897: 16–28]. Последняя работа, наиболее полно освещающая этот вопрос, была опубликована в 1994 г. Влодзимежом Ольшанецем [Olszaniec 1994: 81–88].

Локализация и топография

Мысовая часть городища находится на отметке 24,67 м от уровня моря в Балтийской системе координат (Ил. 1). В древности городище Нимфей представляло собой выступающий в море мыс подтреугольной формы, его восточная часть, обращенная к морю, была скальной. Западная окраина городища, вероятно, была ограничена оврагом, частично заполненным водой. Размеры городища были небольшие — примерно 600 м с востока на запад и 600 м с севера на юг в самой широкой напольной части.

Хору Нимфея составляли плодородные земли площадью около 60 кв. км, расположенные на морском побережье между двумя древними заливами, а ныне — озерами Чурубаш на севере и Тобечик на юге. В этих границах размещалась ближняя хора, курганный и грунтовый некрополь Нимфея (Ил. 2). Дальняя хора Нимфея начиналась за балками и завершалась грядой каменистых холмов с крутыми западными склонами [Соловьев 2003: 16]. Грунтовый некрополь Нимфея занимает территорию примерно в 50 га к северо-западу, западу и югу от городища Нимфей (Ил. 3). Курганный некрополь Нимфея занимает обширную территорию и начинается непосредственно за городищем. С южной, северной и западной сторон расположены курганы, которые окружают городище в радиусе 2–3 км (Ил. 5–7).

С северо-западной стороны в настоящее время располагается урочище Плавни, Чурубашское озеро, в древности бывшее морским заливом. Скорее всего, именно здесь находилась гавань Нимфея. Впрочем, в научной литературе встречается и диаметрально противоположное мнение — о расположении гавани с юго-восточной стороны мыса, хотя место достаточно сложное для организации морского порта из-за постоянных ветров и открытого пространства [Поротов, Зинько 2013: 15–18]. Также высказано предположение, что из-за изменений уровня моря часть жилой зоны, расположенной с юго-восточной стороны мыса, была затоплена [Столяренко 2017: 161–173].

Рельеф местности сильно изменился с античного времени не только в результате естественных процессов, но и вследствие антропогенной деятельности. Несмотря на то что городище Нимфей, в отличие от многих других памятников Боспора, никогда не попадало под позднейшую застройку, исторический рельеф претерпел некоторые изменения. В конце 1930-х гг. на территории городища активно ;велась добыча ;известняка. Были зафиксированы разрушения на нижней террасе городища и вдоль северного склона плато. 

Значительные разрушения произошли в период фашистской оккупации Керчи в период Великой Отечественной войны. Вдоль склонов плато были прорыты ходы сообщений. До сегодняшнего дня на поверхности городища сохранились следы блиндажей и укрытий.

В 1958 г. со стороны моря была проложена грунтовая дорога для рейсового автобуса. В 1960 г. при добыче известняка для строительства сельскохозяйственных построек была взорвана восточная часть склона городища и почти полностью уничтожены раскопанные к этому времени строительные комплексы (раскоп А — святилище Деметры).

Историческая картография и локализация городища

В 1830-х гг. Поль Дюбрюкс составил сочинение «Планы и описания остатков и следов древних городов и поселений, бывших некогда на Боспоре Киммерийском, на европейском побережье…». Планы долгое время считались утерянными, но благодаря работе И. В. Тункиной этот труд был полностью возвращен в научный оборот [Дюбрюкс 2010: 223–356]. П. Дюбрюкс принял за развалины Нимфея другой памятник, расположенный на мысу Ак-Бурун (см. Ак-Бурун), и первоначально его предположение нашло поддержку в научном сообществе первой половины XIX в. [Соколова 2010: 480]. Однако уже с конца ХIX в. локализация городища Нимфей на мысу Кара-Бурун не вызывает сомнений у ученых [Соколова 2010: 480].

П. Дюбрюксом был составлен «план развалин на мысу Кара-Бурун на земле г-на Гурьева» [Тункина 2002: рис. 52], в настоящее время с уверенностью отождествляемый с городищем Нимфей. План был наложен на современную топографическую основу, сделанную в 2014–2015 гг. специалистами компании «Кредо-Диалог» (город Минск) под руководством А. П. Пигина (Ил. 8). На нем хорошо видна подтреугольная форма городища, окруженная глубокими балками со всех сторон. С западной стороны городища заметны всхолмления, отмеченные П. Дюбрюксом как башни, соединенные стенами. Между шестой и пятой башнями Дюбрюкс обозначил проход в оборонительной стене. Этот проход начерчен прямо напротив по оси прямой линии мыса, подписанного на карте словом «Рromontoire». Эти важные точки указывают нам направление главной городской дороги — от воротных башен к мысу городища, напрямую через всю его площадь. 

На плане П. Дюбрюкса отчетливо читается трасса оборонительных стен, видны выступающие в рельефе разрушенные башни — округлой и прямоугольной формы.

Очевидно, с напольной стороны городища шла дорога на Пантикапей, вдоль которой располагались курганы. С южной стороны находились и главные ворота и проезд в город, указанный на плане. Реконструируя топографию городища на основе всех в настоящий момент имеющихся сведений, можно утверждать, что от Главных ворот шла Главная дорога через все городище по линии запад — восток, к акрополю и в направлении святилища Деметры, расположенного в мысовой части городища. От Главной дороги, перпендикулярно ей, расходились улицы в направлении север — юг. С южной стороны на склоне располагался театр.

История открытия и изучения

Городище и хора Нимфея

Городище на мысу Кара-Бурун было известно с 1830-х гг., но раскопки на его территории долгое время не производились. Первые археологические исследования здесь были проведены Императорской археологической комиссией: в 1876 г. под руководством Н. П. Кондакова, в 1878–1879 гг. — С. И. Веребрюсова. В юго-восточной части городища было заложено несколько раскопов-траншей, не давших существенных результатов [Соколова 2010: 480].

В 1938 г. экспедиция ЛОИА АН СССР под руководством В. Ф. Гайдукевича провела разведки на городище и в окрестностях [Соловьев 2003: 12]. Работами непосредственно руководила Л. Ф. Силантьева, сотрудник Отдела античного мира Государственного Эрмитажа. С 1939 г. и по настоящее время на городище Нимфей экспедицией Государственного Эрмитажа ведутся систематические раскопки. Первым начальником экспедиции был М. М. Худяк, далее с 1960 по 1964 гг. — В. М. Скуднова, с 1966 г. — Н. Л. Грач, с 1991 г. — О. Ю. Соколова, с 2019 г. — Н. Ю. Новоселова.

Первые полномасштабные разведочные работы на хоре Нимфея были произведены сотрудником ИА РАН И. Т. Кругликовой в 1950–1960-е гг., в результате этих работ составлена археологическая карта [Кругликова 1975: 254], выявлено около десяти ранее неизвестных поселений, произведены археологические раскопки на ряде памятников. В последующие 20 лет сдвигов в изучении сельских памятников не было. В 1980-е гг. в советской археологии сложилась новая концепция изучения аграрных периферий греческих городов, которая исходила из тезиса целостности системы «полисхора/полис-хора» [Зинько 2003: 11]. В этот период возрастает интерес к исследованию хоры античных городов Северного Причерноморья, не стала исключением и хора Нимфея. С 1991 г. начата комплексная многолетняя программа Керченского историко-культурного заповедника во главе с В. Н. Зинько по изучению археологических памятников хоры нимфейского полиса. В соответствии с программой были проведены масштабные маршрутные разведки, в результате которых выявлен массив ранее неизвестных археологических объектов — поселений, погребений, системы водоснабжения [Зинько 2001: 4–9].

Проводились охранно-спасательные работы на ряде поселений. В 1992 г. к изучению сельской округи Нимфея подключилась созданная тогда же Керченская археологическая экспедиция Государственного Эрмитажа во главе с С. Л. Соловьевым [Cоловьев 2003: 14]. Исследовательские задачи были следующие: изучение культуры сельского населения Нимфея, типология сельских населенных пунктов, выяснение границ и пространственной организации аграрной периферии полиса, раскопки одного из поселений (Героевки-2) и организация систематических разведок на хоре Нимфея. В 1993–1998 гг. в рамках совместной украинско-русско-польской программы «Нимфей — история и культура греческого полиса» были осуществлены работы по составлению археологической карты нимфейской хоры, исследования разных видов памятников, что позволило более детально выяснить историческую ситуацию в том или ином районе хоры [Scholl, Zin’ko 1999]. В конце 1990-х гг. — 2000-х гг. Боспорской охранно-археологической экспедицией Крымского отделения Института востоковедения НАН Украины и Благотворительного фонда «Деметра» проводились раскопки отдельных поселений и разведки в затопленной части хоры Нимфея.

Некрополь Нимфея

Начиная со второй половины XIX в. некрополь Нимфея попадает в зону пристального внимания исследователей древностей юга России. История первых десятилетий исследований курганов Нимфея подробно изложена в работах Л. Ф. Силантьевой и Н. Л. Грач [Силантьева 1959: 5–12; Грач 1999: 23].

В 1866 г. были опубликованы ювелирные изделия, обнаруженные в одном из курганов близ городища. Эти находки легли в основу коллекции изделий из раскопок курганов Нимфея Государственного Эрмитажа: знаменитый резной сердолик в форме цилиндра с изображением сцены борьбы между Гераклом и Аполлоном за дельфийский треножник, две золотые серьги с подвесками в виде лани с сидящей на ней Артемидой с факелом в руке (Ил. 9), золотые розетки в виде цветов, украшенных голубой эмалью и филигранью, краснофигурный кратер. Часть находок из первых раскопок курганов Нимфея попала в Эшмолианский музей в Оксфорде [Gardner 1884: 62–73. Pl. 46–47; Vickers 1979].

В 1876 г. Императорская археологическая комиссия начала первые систематические раскопки на территории некрополя Нимфея. В 1876–1877 гг. работами руководили А. Е. Люценко и Н. П. Кондаков, а в 1878–1880 гг. — С. И. Веребрюсов. Тогда было раскопано 50 курганов, две катакомбы и 111 грунтовых погребений. Наиболее интересными из них являлись мужские захоронения с оружием и золотыми гривнами, сопровождавшиеся захоронениями коней, что указывает на наличие варварских элементов в погребальном обряде. Обобщающую публикацию материалов этих раскопок выполнила спустя много лет П. Ф. Силантьева [Силантьева 1959: 5–107]. В 1880 г. работы Археологической комиссии прекратились, а новый хозяин имения Эльтиген А. В. Новиков предпринял самостоятельные раскопки. В 1900 г. Императорский Эрмитаж приобрел у него коллекцию античной керамики, изделий из стекла, терракот, гипсовых украшений саркофагов [Неверов 1999: 58].

В 1966 г. Нимфейскую экспедицию возглавила Н. Л. Грач. Первые полномасштабные археологические работы уже в советское время на некрополе Нимфея начались через сто лет после самых первых работ на этом памятнике; работы носили охранный характер. В 1966 г. в результате обрушения трактора в один из склепов на территории некрополя Нимфейская археологическая экспедиция Государственного Эрмитажа осуществила спасательные раскопки трех склепов. В дальнейшем, в связи с перспективной застройкой данной территории жилым микрорайоном для рабочих Керченского судостроительного завода «Залив», Нимфейская экспедиция начала новые исследования. Работы велись с 1973 по 1978 гг., за исключением полевого сезона 1975 г., в северо-восточной части некрополя, непосредственно прилегающей к городищу. За этот период исследовано 6 000 кв. м площади, открыто более 250 грунтовых погребений, относящихся к VI в. до н. э. — первой четверти IV в. н. э., 27 катакомб I–II вв. н. э. с коллективными захоронениями, а также следы поселения салтово-маяцкой культуры. Был составлен план курганного некрополя, и исследовано два кургана. Результаты работ подробно отражены в монографии Н. Л. Грач «Некрополь Нимфея», изданной посмертно в 1999 г. [Грач 1999]. В настоящее время продолжаются исследования некрополя с применением современных топографических и геофизических методов [Смекалова, Горончаровский 2016: 392–406; Eremeeva 2019: 155–160].

Стратиграфия и планиграфия. Археологические комплексы

Археологические комплексы, обнаруженные на городище Нимфей, охватывают весь период античной истории, но представлены и изучены крайне неравномерно. Ранние комплексы сосредоточены в основном в мысовой части городища; наиболее полно представлены памятники классического периода. Комплексы римского времени никогда не были предметом специального изучения, хотя в настоящий момент накоплено достаточное количество информации об этом периоде.

На территории городища было заложено несколько раскопов большой площади и серия небольших, преимущественно информационно-разведочных раскопов (нумерация раскопов дана буквами А–О). В мысовой части городища был заложен раскоп А (здесь было найдено святилище Деметры), раскопы В, С и D располагаются на территории акрополя, раскопы Г и М — на южном склоне городища. Остальные раскопы — обозначенные на плане латинскими буквами — расположены в разных частях городища, преимущественно на его периферии (Ил. 8).

Хронологию строительства на городище исследовал Д. Е. Чистов, по мнению которого «объем данных о раннем периоде существования Нимфея пока слишком мал для того, чтобы судить о наличии особого, начального периода земляночной застройки, предшествовавшего строительству первых каменно-сырцовых домов» [Чистов 2020: 118]. Переход к массовому наземному домостроительству в Нимфее произошел в последней четверти — конце VI в. до н. э. [Чистов 2017: 136].

Оборонительная стена появляется у городища не сразу, она перекрывает строительные комплексы V — первой половины IV в. до н. э. [Чистов 2000: 242]. В первой половине IV в. до н. э. происходит частичное разрушение городища [Чистов 2000: 250], а в середине — последней четверти IV в. до н. э. на городище возобновляется активное строительство. 

Облик города в эпоху эллинизма не вполне ясен. На территории городища практически не известны строительные комплексы III–I вв. до н. э. Возможно, это связано со строительными работами римского времени или же с особенностями планиграфии исследованных участков.

Строительные комплексы римского периода обнаружены на территории акрополя Нимфея: здесь, на южной части городища, перед трассой оборонительной стены, были исследованы большие многосекционные дома, хозяйственные комплексы и хозяйственные ямы.

Наиболее значимые археологические комплексы, исследованные на городище

Раскоп А, святилище Деметры

Святилище представляет собой многослойный культовый комплекс у берегового обрыва в мысовой части городища. Этот комплекс был полностью раскопан М. М. Худяком [Худяк 1962: 36–60] и в настоящее время уничтожен при проведении строительных работ на склоне городища и добыче камня в 1969 г. Под руководством В. А. Горончаровского и С. В. Швамбергера была создана трехмерная модель храма на основе археологических чертежей (Ил. 10).

Святилище Деметры существовало с середины VI в. до н. э. до III в. до н. э. Первая постройка святилища состояла из одного подпрямоугольного помещения площадью около 10 кв. м, пристроенного к скале. Вход в здание был сделан с юго-запада, в поперечной стене № 15. Все стены сложены из сырцовых кирпичей, покоившихся на цоколе из мелких камней. Предположительно, здание имело деревянное перекрытие, поверх которого лежала черепица. Вероятно, постройка имела архитектурные терракотовые украшения [Худяк 1962: 43].

В конце VI в. до н. э. святилище сгорело и было перестроено в начале V в. до н. э., сохранив прежние прямоугольные очертания [Худяк 1962: 47]. Около середины V в. до н. э. святилище было вновь перестроено и существенно расширено. Храм и священный участок продолжали существовать до конца III в. до н. э. [Худяк 1962: 54–55]. 

Комплекс керамических сосудов из святилища Деметры был проанализирован и опубликован М. М. Худяком [Худяк 1962: 43–48, 50–55]. Набор импортных расписных керамических сосудов типичен для эпохи архаики и классики. Свидетельством того, что данная территория использовалась в культовых целях и здесь проводись большие коллективные трапезы, являются объемные кухонные шаровидные сосуды из серой глины, глиняные очажные подставки (Ил. 11), подставки-жаровни [Худяк 1962: 43, 46]. Также доказательством культового использования служат граффити с именем Деметры (Ил. 12), терракотовые женские протомы и глиняные вотивные корзины-калафы (Ил. 13) [Худяк 1962: табл. 42:4; 41:2].

На территории святилища также были обнаружены гончарные печи, которые датируются первой половиной — серединой VI в. до н. э. [Соколова 2001, 140–144].

Раскоп В — С

В ходе работ на раскопе В — С, занимающем территорию акрополя Нимфея, были получены наиболее интересные данные о городской застройке позднеархаического и раннеклассического периода. Здесь были открыты «Святилище Кабиров» и «Святилище Афродиты» — крупные жилые или общественные здания.

Были исследованы строительные остатки, принадлежавшие нескольким многокамерным домам, существовавшим с конца VI — начала V в. до н. э. по начало IV в. до н. э. и неоднократно перестраивавшимся в течение этого периода [Чистов 2017: 137–147] (Ил. 14). Все дома представляли собой традиционные греческие многокамерные постройки, сложенные в каменно-глинобитной технике.

Наиболее интересный жилой комплекс — дом ВС-4, открытый М. М. Худяком и интерпретированный как «Святилище Афродиты». Кладки этой постройки, располагавшейся на укрепленной террасе на краю обрывистого берега, были частично перекрыты крепостной стеной IV в. до н. э.; сам дом существовал с VI в. до н. э. по вторую четверть IV в. до н. э. Последующее изучение планировки постройки и находок из его помещений не позволяет связать дом ВС-4 с культовым комплексом [Чистов 2017: 146]. Особенность этой многокамерной жилой постройки заключается в ее расположении на обрывистом склоне, укрепленном от оползания подпорными стенами. Домохозяйство состояло по меньшей мере из трех помещений, находившихся к северу и востоку от мощеного двора; с юга двор выходил непосредственно на укрепленный подпорными стенами склон [Чистов 2017: 146–147].

Одним из примечательных архитектурных памятников на раскопе B–C является «Святилище Кабиров», также исследованное М. М. Худяком [Худяк 1962: 18–23]. Это здание прямоугольной формы размером 15 м в длину и 5 м в ширину, вытянутое с юго-востока на северо-запад [Худяк 1962: 19]. От прочих построек, исследованных на акрополе Нимфея, эту постройку отличает «апсидальное» завершение одного из ее торцов. К сожалению, это здание было сильно разрушено. Интерпретация постройки как святилища Кабиров в настоящий момент вызывает споры; здание чаще трактуется как культовое или общественное [Чистов 2000: 243].

Возможно, со «Святилищем Кабиров» связана расположенная рядом яма-ботрос «β», раскопанная в 1951 г. М. М. Худяком. Керамический комплекс из ямы неоднократно публиковался и был предметом специального изучения. Здесь обнаружены чернолаковые сосуды конца V в. до н. э., амфорный материал с клеймами (четыре клейменые гераклейские амфоры I типа (по С. Ю. Монахову) и одна биконическая амфора «круга Фасоса»), в основном более позднего происхождения. Данный комплекс вызывал интерес преимущественно у исследователей хронологии амфор, т. к. здесь наблюдается сочетание фабрикантских и магистратских клейм. Керамический материал из ямы-ботроса датируется весьма широко — от конца V в. до н. э. до конца первой или начала второй четверти IV в. до н. э. [Монахов и др. 2019: 53–55].

Раскоп Г

Раскоп Г дает представление о жилой застройке Нимфея от эпохи архаики до поздней классики. Здесь выделено несколько домовладений архаического и раннеклассического времени: дом Г-1 с амфорным складом 450–430 гг. до н. э. [Монахов и др. 2019: 38–41], дома Г-2, Г-3, Г-4, Г-5 и Г-6. Скорее всего, этими домами архаическая застройка и ограничивалась. Общую площадь городской застройки архаического Нимфея можно в таком случае приблизительно оценить в 5–6 га.

Раскоп М

На раскопе М, где сосредоточены исследования последних тридцати лет, представлены строительные комплексы эпохи классики и материалы эпохи эллинизма. Здесь, на южном склоне нимфейского плато, открыт монументальный архитектурный комплекс, возведенный в последней четверти IV в. до н. э. и существовавший до середины III в. до н. э. Это т. н. храм Афродиты и Аполлона (Ил. 15, 16). Работы на этом участке проводились Н. Л. Грач в 1980-е гг. и были продолжены в дальнейшем О. Ю. Соколовой [Соколова 2018: 202–208]. 

Постройка была воздвигнута на трех террасах склона, на высоком цоколе из рустованных блоков, ярусы центрального здания соединялись лестницами (Ил. 15, 16). В процессе исследования было обнаружено, что комплекс, помимо цокольной части здания и лестничных маршей, включает также несущие архитектурные элементы — пилоны и каннелированные колонны. В оформлении ансамбля использовались профилированные карнизы, декоративные терракотовые антефиксы. В разных частях комплекса помещались алтари, что свидетельствует о его культовом назначении.

Одним из интереснейших объектов этого комплекса является сооружение, расположенное на двух террасах склона в западной части участка, интерпретированное Н. Л. Грач как святилище Афродиты Навархиды и датируемое IV — первой половиной III в. до н. э. Особое значение имеют обнаруженные в 1982 г. в одном из помещений святилища многочисленные фрагменты штукатурки с полихромной росписью, по которой процарапаны рисунки и надписи (Ил. 17). Сохранившиеся тексты содержат сведения о приношениях в святилище, о возвращении долгов, о выходе корабля в открытое море, а также списки имен, в числе которых — имена боспорских царей. Палеографические особенности текста позволяют датировать его временем около второй четверти III в. до н. э. [Грач 1984: 82]. В некоторых обращениях к богам упоминаются имена Аполлона и Афродиты. Среди рисунков преобладают изображения парусных кораблей, сцен охоты, фигур людей и животных.

Центральное место занимает изображение корабля длиной 1,2 м, на носу судна процарапано «ISIS» — имя наиболее почитаемой в птолемеевском Египте богини Исиды. Парадное убранство корабля и его название позволило Н. Л. Грач высказать предположение, что это изображение посольского судна, отправленного египетским царем Птолемеем II Филадельфом на Боспор к царю Перисаду II [Грач 1984: 81–98]. Интересное мнение по интерпретации этого изображения высказал Г. Л. Семёнов, специалист по археологии Востока, который связал его с изображением ритуального корабля и праздником Плойафесий [Семёнов 1994: 222–227].

В 1990-е и 2000-е гг. к западу от святилища исследовался участок, ограниченный с севера и юга двумя парадными входами — пропилеями. Под руководством В. А. Горончаровского и С. В. Швамбергера, в рамках работы по гранту Российского государственного научного фонда № 09-04-12142, была создана трехмерная модель храма на основе археологических чертежей (Ил. 18). Надпись на одном из сохранившихся архитравов гласит: «Теопропид, сын Мегакла, этот вход посвятил Дионису, будучи агонофетом, при Левконе, архонте Боспора и Феодосии, всей Синдики, торетов, дандариев, псессов». Эти сведения позволяют датировать постройку пропилей и всего комплекса первой половиной IV в. до н. э. (Ил. 19) [Соколова, Павличенко 2002: 99–121].

В 2009 г. западнее пропилей были открыты ряды скамей театрона и ступени лестницы (Ил. 20), ведущей к верхним рядам [Соколова 2018: 204–205]. В настоящий момент можно приблизительно реконструировать диаметр постройки — около 30 м. Максимальная >высота рядов — около 5 м. Для сооружения театрона в глинистом материковом слое был вырублен котлован, оформленный каменными сиденьями. Исходя из анализа надписи на архитраве, возведение театра датируют временем правления Левкона I (389/388 — 349/348 гг. до н. э.). Дата его разрушения в настоящий момент неизвестна. Также неясно, был ли театр достроен полностью или его строительство было остановлено. После разрушения театра вся его поверхность была засыпана слоем грунта толщиной свыше 6 м. В настоящий момент не определено время начала формирования засыпи и ее характер, как и не выяснено, можно ли считать ее структурой, близкой к зольникам Боспора, имеющим сакральный характер, или это просто выравнивающая нивелировка поверхности [Бутягин 2005: 101–107].

Раскоп О

Раскоп О был заложен в 2021 г. на западном, напольном краю городища с целью поиска главных городских ворот, для уточнения планиграфии городища и общей линии обороны. Для разбивки раскопа О использовалась схема городища Нимфей, составленная П. Дюбрюксом [Тункина 2002: рис. 52], совмещенная с современной топоосновой (Ил. 8).

Визуально на местности читались два всхолмления диаметром около 70 м и высотой около 2,5 м, интерпретированные как развалины двух воротных башен. Между всхолмлениями прослеживался узкий проход, шириной около 8 м, соотнесенный с проездом между башнями. За воротными башнями проходил овраг, по которому в древности, вероятно, текла вода.

Раскоп О покрывает площадь двух предполагаемых воротных башен и часть главной дороги, размеры заложенного раскопа составляют 100×100 метров по осям север — юг. В сезоне 2021 г. было исследовано 6 квадратов размером 5×5 м — выбрано три наиболее перспективных участка для проверки гипотезы о расположении дороги и воротных башен. Интересные результаты были получены на участке 2, заложенном на месте предполагаемой дороги, проходящей между двух воротных башен. Если учитывать обнаруженные раннее участки улиц и делать реконструкцию дорожной сети Нимфея, то участок 2 находится в створе участка улицы, открытой на раскопе В — С [Чистов 2017: 137–160].

На глубине около 0,6–0,7 м здесь была зафиксирована вымостка-трамбовка из мелких камней с включением крупных фрагментов керамики и утрамбованного суглинка (Ил. 21), которую можно интерпретировать как часть древней дороги. Материал из слоя над вымосткой относится к первым векам н. э.

Историческое значение и современное состояние

Внешний облик Нимфея и его история могут быть реконструированы достаточно приблизительно, но накопленный материал позволяет утверждать, что это был крупный центр с акрополем, полисным святилищем, театром, сетью улиц и оборонительными сооружениями, существовавший с VI в. до н. э. до III в. н. э.

В настоящее время городище Нимфей является объектом культурного наследия федерального значения «Археологический комплекс “Древний город Нимфей”» и включено в структуру Восточно-Крымского историко-археологического музея-заповедника (город Керчь) в качестве экскурсионного объекта. Коллекции из раскопок Нимфея находятся на хранении в Государственном Эрмитаже и в Восточно-Крымском историко-археологическом музее-заповеднике.