Куюсайская культура

История изучения

Впервые памятники куюсайской археологической культуры (Ил. 1), первоначально названные «поселениями кочевников с варварской керамикой», были открыты в 1953 г. Б. В. Андриановым в ходе маршрутных исследований археолого-топографического отряда Хорезмской археолого-этнографической экспедиции Института этнографии АН СССР [Низовья Амударьи 1960: 179; Андрианов 1969: 151]. В 1970 г. на одном из поселений, расположенном в 3 км от возвышенности Куюсай-гыр и получившем название Куюсай-2, Присаракамышским отрядом экспедиции под руководством Б. И. Вайнберг в разведочном шурфе был выявлен культурный слой мощностью до 0,5 м, а в 1971 г. проведены стационарные раскопки [Вайнберг 1977: 25]. Дальнейшее изучение куюсайской археологической культуры связано с раскопками могильников: в 1972 г. работы проводились на могильнике Тумек-Кичиджик, расположенном в 25 км к юго-западу от поселения Куюсай-2, а в 1974 г. — на могильниках возвышенности Тарым-Кая [Вайнберг 1975: 46–47; 1979: 28].

Хронология и характеристика материальной культуры

Археологические материалы, относящиеся к раннему этапу куюсайской культуры (VII–VI вв. до н. э.), представлены находками из раскопок неукрепленного поселения открытого типа Куюсай-2. Площадь поселения составляла около 12 га. На памятнике раскопаны наземные каркасные жилища и глубокие землянки, причем площадь этих комплексов достигала 100 кв. м. В хозяйстве жителей поселения ведущую роль играло животноводство, причем они занимались преимущественно разведением крупного рогатого скота, лошадей и верблюдов (кости этих животных составляют 55% от общего количества остеологического материала, найденного при раскопках). Считается, что основным способом хозяйствования куюсайцев было полукочевое скотоводство. Судя по находкам в культурном слое поселения зернотерок, а также большого количества крупных тарных сосудов, можно предположить, что определенную роль в хозяйстве играло примитивное мотыжное земледелие, базировавшееся на весенних разливах из русла Южный Даудан и подтопления низменных участков, хотя следов искусственной ирригации в окрестностях поселения выявлено не было [Вайнберг 1979: 22–23].

К раннему этапу куюсайской культуры относятся и захоронения могильника Тумек-Кичиджик. Они совершались под курганной насыпью в небольшой овальной или прямоугольной грунтовой яме, перекрывавшейся деревянными жердями и камышом (Ил. 2). Погребальный инвентарь довольно скуден и всегда помещался у головы погребенного (Ил. 3). По составу инвентаря четко различаются мужские и женские захоронения. В мужских захоронениях, как правило, справа от головы покойника стоял один небольшой сосуд баночной или усеченно-конической формы. В женских погребениях набор посуды был иным. Это горшки, кружки, кувшины без ручек. Кроме того, почти во всех женских погребениях найдены зернотерки и терочники, а также тазовые кости животных со следами красной краски. Помимо захоронений в ямах, составляющих абсолютное большинство, в некоторых случаях под курганной насыпью обнаружены захоронения на древнем горизонте, причем одно из них совершено по обряду кремации [Вайнберг 1975: 46–47].

К позднему этапу куюсайской культуры (V–IV вв. до н. э.) относятся захоронения могильника Тарым-Кая I, открытого в западной части Присаракамышской дельты. В это время в погребальном обряде и способе захоронения происходят некоторые изменения. Так, умерших по-прежнему хоронили в овальных или прямоугольных грунтовых ямах с одним или двумя лепными сосудами у изголовья, однако в некоторых захоронениях в качестве дополнения обнаружены имитации глиняных очагов, выполнявших, возможно, ритуальные функции. В отдельных случаях зафиксированы повторные захоронения расчлененных скелетов (одно из них было совершено в сосуде), которые, по всей видимости, знаменуют собой переход к обряду захоронения предварительно очищенных костей [Вайнберг 1992: 118].

Глиняная посуда куюсайской археологической культуры изготавливалась вручную и обжигалась в костре или в неглубокой яме. Форма большинства сосудов находит прямые аналогии в археологических комплексах скотоводческих культур сако-савроматского круга. Ее характерной особенностью является яркая красно-оранжевая или красно-коричневая внешняя поверхность при сером или серо-коричневом цвете черепка, что достигалось, по всей видимости, за счет специфических приемов обжига. На некоторых сосудах имеются следы ангоба, орнаментация практически отсутствует. В небольшом количестве представлена привозная керамика, изготовленная на гончарном круге. Она находит параллели в археологических комплексах южных земледельческих областей Южного Туркменистана (Маргиана, архаический Дахистан) [Вайнберг 1979: 12–16]. В свою очередь характерные формы куюсайской керамики широко представлены в комплексе лепной посуды городища Кюзели-гыр, которое относится к рубежу VII–VI и V вв. до н. э. В это время на территории Хорезма появляются уже достаточно развитые ирригационные системы орошения, практикуется строительство зданий из сырцового кирпича, используется гончарный круг. Упомянутые параллели подтверждают датировку позднего этапа куюсайской археологической культуры.

Материальная культура и уровень ремесленного производства носителей куюсайской культуры характеризуются в основном по материалам, полученным при раскопках на поселении. Здесь выявлены следы бронзолитейного и кузнечного производств в виде шлаков, железных криц, бракованных (удила) и целых изделий и их фрагментов (железные ножи и пробойник, бронзовые ножи, пробойники из других материалов, шила). Многочисленные находки глиняных биконических прясел свидетельствуют о широком развитии ткачества. Практиковалась обработка поделочных полудрагоценных камней — найдены куски необработанного сырья, заготовки для украшений, бусы бочонковидной, дисковидной и цилиндрической формы из бадахшанского лазурита, сердолика, белого камня, бирюзы (уникальны небольшие бирюзовые подвески ромбической формы). Предполагается, что бирюза могла поступать из районов северо-восточного Ирана (Нишапур).

Наиболее поздние археологические комплексы, соотносимые с куюсайской культурой, датируются IV — началом III вв. до н. э. Это поселения оседлых скотоводов, открытые в западной части Присаракамышской дельты на берегах канала Чермен-яб, курганы на возвышенности Тарым-Кая. Представительный археологический комплекс, в котором четко прослеживается влияние куюсайской традиции, получен при раскопках поселения IV–III вв. до н. э. Гяур-3 [Вайнберг 1991: 37–38].

Археологические данные позволяют предположить, что носители куюсайской археологической культуры были одним из основных компонентов, участвовавшим в сложении древнехорезмийского этноса и древнехорезмийского этнокультурного комплекса.